Среда, 22 Ноября 2017 года
Подписка на новости:

В Одессу приехали прямые потомки Александра Сергеевича – Саша и Маша Пушкины.
Незряшный день рождения

Пушкин не получил на этот раз заслуженной головомойки. Хотя при жизни получал их регулярно. От отца, от царя, от генерал-губернатора, от благонамеренных и благопристойных друзей. А тут – не сподобился. Не сам поэт, конечно, а памятник ему, поставленный благодарными жителями Одессы на Приморском бульваре. Как правило, перед днем рождения «солнца русской поэзии», перед шестым июня чугунные кудри «фонтана с бюстом», как официально когда-то называлось творение Ж. Полонской, отдраивали от следов бурной жизнедеятельности голубей. А нынче как-то позабыли в раже реставрации прочих шедевров городской скульптуры. Тем не менее торжество состоялось. А именно – возложение цветов к памятнику поэту.

В этом, 2007 году оно было особенно насыщенным – в Одессу приехали прямые потомки Александра Сергеевича – Саша и Маша Пушкины. Конечно, в русле отечественной традиции пристойней было бы написать имена-отчества, либо хоть полные имена – Александр и Мария. Но праправнук и пра-праправнучка поэта живут в Бельгии. Там принято называть человека, независимо от возраста и положения, просто по имени. Понятно желание быть представленными как «Саша» и «Маша». Могли бы назваться «Алекс» и «Мари», но супружеская пара отдает дань традиции. Не столько русской вообще, сколько семейной в частности.

Сашка, Машка, Гришка, Наташка – так поэт величал своих четверых отпрысков от красавицы Натальи Николаевны. Саша и Маша – как раз потомки того самого Сашки, Александра Александровича Пушкина. У него было 14 детей. Саша Пушкин – внук его старшего сына, естественно по мужской линии, Маша, в девичестве Дурново – правнучка его младшей дочери. Многоюродные кузены, они познакомились на юге Франции, в 1949-м, когда Саше было семь, Маше – шесть. Потом повстречались через одиннадцать лет уже юными людьми, потом стали мужем и женой, чему не могло препятствовать довольно дальнее родство. Оба знали с раннего детства, что в их венах течет кровь первого поэта и первой красавицы России. Это знание они воспринимали как миссию, возложенную них. Во исполнение этой миссии они и приехали на место ссылки Александра Сергеевича – в Одессу. Для участия в торжествах по случаю дня рождения пращура. И еще – как представители благотворительного фонда.

Вот они, удивительные парадоксы истории – после смерти Александра Сергеевича вдова и дети оказались без средств к существованию. Император Николай I выплатил долги своего камер-юнкера. Через сто шестьдесят лет (а именно столько исполнилось в этом феврале со дня гибели поэта) его потомки приехали, чтобы помочь бедным детям бывшей Российской империи. Проще говоря, чтобы дать денег лечебницам и детским домам. Собственно, этим фонд занимается уже не первый год – в Петербурге, в Киеве. Теперь настал черед Одессы. Можно было бы сказать: поэт посмертно, руками своих потомков возвращает долг. Такое длинное и сложное возвращение – через века. Но это так, красивый оборот мысли, игра ума. На самом деле, большой вопрос, кто кому должен.

Поэт посмертно задолжал российскому императору. Но вся империя – разве не обязана она поэту? Как минимум, тем языком, на котором говорит общество, называемое «культурным»? А еще направлением образа мыслей? Не Александр ли Сергеевич закрепил на письме, а затем и в сознании людей вешки, обозначающие дурное и хорошее? Конечно, он был не одинок в своих трудах, до, после и рядом с ним существовали многие незаурядные, талантливые. Но он  был гением, и именно ему удалось.

Гениальность, данная немногим за тысячелетия существования человечества – вещь непостижимая, имеющая самое прямое отношение к величайшим тайнам бытия. Гениальность с абсолютным знаком «плюс», направленная на жизнь, на созидание, на утешение. Руками и делами своих потомков гений продолжает сеять добро на земле. Но это так, по большому счету. В обыденности это выглядит иначе: не очень юная супружеская пара у не слишком доведенного до блеска памятника стоит в толпе странноватых и тоже не очень юных людей, по большей части дам. Каждая из которых хочет обратить на себя внимание. Читают стихи, наперегонки.

«Одесситы очень радушно нас принимают, мы чувствуем здесь такое тепло, равного которому не встречали в других местах», – говорит Саша Пушкин, последний в роду старшего сына поэта. Еще бы! Александр Сергеевич ведь подарил Одессе, а следовательно, и одесситам, «грамоту на бессмертие». Как же не разлететься со всем вниманием и доброжелательностью  к тезке и потомку автора «одесской главы» «Евгения Онегина»! И к его супруге, которая не тезка, но тоже потомок. А уж какое это внимание и доброжелательность, как они выглядят, в какой форме выражаются… Так и Одесса уже не та, что в 1823 – 1824 годах, и вино здесь не дешевле воды, да и вода, извините, «не фонтан».

Ряд слов с отрицательной частицей «не» можно очень и очень продолжить. Закончив его чугунной статуей на бульваре, которую не удосужились привести в порядок перед днем рождения поэта. Но заменим отрицание утверждением «да». Да, Пушкин обошелся без головомойки, да, приехали его потомки. Жители Одессы, по крайней мере часть их, проявила замечательный энтузиазм, соревнуясь в любви к поэту и его творениям. Да, на детей Одессы теперь распространится благотворительность фонда Пушкина. День рожденья отмечался не зря. Впрочем, во всем, связанном с именем  Пушкина, иначе и не бывает.

Елена КАРАКИНА

Фото: Георгий ИСАЕВ



Ваш комментарий:
Ваше имя: Почта:
Rambler's Top100